<< Предыдушая Следующая >>

Социальное происхождение и образовательный уровень

Особое значение для понимания психологии военнослужащих в течение всего XX века имели социальные характеристики личного состава Вооруженных Сил: прежде всего, социальное происхождение и положение, а также уровень образования. Причем, значимость социального происхождения с начала века к его концу постоянно снижалась, а реальный социальный статус имел в основном значение для кадрового офицерства и зависел все больше от продвижения по службе. Немалое значение в этом вопросе имело отношение общества к армии и вообще положения армии как социального института. Что касается уровня образования, то он был в основном тесно связан со служебным статусом человека в армии (с принадлежностью к рядовому составу, младшему, среднему и старшему командному составу), а в начале и даже в середине века тесно коррелировал с социальным происхождением (до революции - с сословным, после революции - с собственно социальным).

В дореволюционной России любой офицер по самому своему положению был дворянином. Первый же офицерский чин прапорщика приносил ему личное дворянства (до 1845 г. - потомственное), а чин полковника - потомственное (в период с 1845 до 1856 г. принадлежность к нему давал чин майора){403}. Что касается социального происхождения, то здесь ситуация была несколько иной. По утверждению П. А. Зайончковского, офицерский корпус, уже в конце XIX в. состоявший из потомственных дворян лишь наполовину (в подавляющей своей части не поместных, а служилых), был разночинным, хотя разночинный состав вовсе не означал господства среди офицеров разночинной идеологии{404}. А в начале XX в. доля потомственных дворян по происхождению в офицерском корпусе, включая даже гвардию, еще больше снизилась, и составляла всего 37%{405} Таким офицерский корпус пришел и к русско-японской войне.

Однако несмотря на то, что офицерский состав русской армии становился все более разночинным, политика царского правительства была направлена на отделение офицерства от рядовой массы сословными барьерами путем возведения даже младших офицеров в личное дворянство. Не случайно выходцы из духовенства, мещан, купечества и даже крестьян, становясь офицерами, приобретали приверженность к сословным дворянским ценностям, хотя им было весьма сложно соответствовать нормам поведения и уровню культуры, характерным для родовой аристократии. Поэтому сословный барьер существовал не только между офицерами и рядовыми, но и всеми нижними чинами, включая унтер-офицеров.

Подавляющим источником пополнения рядового состава армии и в XIX, и в начале XX века было крестьянство. Некоторые сдвиги здесь произошли на рубеже двух веков в виду относительно быстро развивавшейся урбанизации и в особенности роста фабрично-заводских категорий. При этом следует отметить, что в унтер-офицеры набирались вовсе не из наиболее развитых и грамотных солдат, каковыми обычно являлись городские жители, а главным образом из крестьян, так как "фабричные, городские и заводские" считались малонадежными, плохими солдатами. При наборе в учебные команды предпочтение традиционно отдавалось людям, взятым "от сохи", но так как большинство выходцев из деревни были неграмотными, их подготовка и обучение вызывали большие трудности. Тем не менее, вопреки негласным официальным установкам, направленным на регулирование социального состава унтер-офицерских кадров за счет благонадежного крестьянского пополнения, стихийная социальная мобильность взламывала эти искусственные барьеры, и на местах нередко предпочитали более образованных и сметливых горожан{406}.



В начале века, царское правительство, обеспокоенное революционным брожением в обществе и армии, попыталось повысить благонадежность вооруженных сил традиционно консервативным путем: усилением дворянского начала среди кадрового офицерства, в частности, путем введения в 1903 г. закона о создании дворянских кадетских школ, который на практике так и не был реализован, так как дворянство не устраивал этот тип учебных заведений, не дававших среднего образования{407}. Были и другие попытки более активного привлечения дворян на военную службу. В результате, по данным военно-статистического ежегодника армии за 1912 год, сословный состав кадрового офицерства накануне Первой мировой войны выражался в следующем соотношении: дворян - 69,76%, почетных граждан - 10,89%, духовенства 3,07%, купеческого звания - 2,22%, податного сословия (крестьян, мещан и др.) - 14,05%. Среди генералов потомственные дворяне составляли 87,45%, среди штаб-офицеров (полковников и подполковников) - 71,46% и среди остального офицерства - 50,36%. Из податного сословия больше всего было обер-офицеров - 27,99%, а среди генералов представители этой социальной группы занимали 2,69%{408}. В ходе мировой войны кадровый офицерский корпус был практически уничтожен, а еще довоенная тенденция к "демократизации" офицерского состава армии на основе пополнения ее разночинцами, превратилась в доминирующую. Так, к октябрю 1917 г. 88% всего офицерского корпуса составили офицеры собственно военного времени, в абсолютно преобладающей части - разночинного происхождения{409}. Особенно этот процесс затронул младший офицерский состав, так как молодые офицеры выпусков военных училищ начала 1910-х годов и прапорщики первого года войны (в основном из студентов и других образованных слоев молодежи), оказались той категорией русского офицерства, которая понесла наибольшие потери. Дальнейший набор прапорщиков происходил из солдат и унтер-офицеров, прошедших краткосрочные курсы подготовки, и к осени 1917 г. среди младших офицеров 96% составляли разночинцы, причем четверо из пяти происходили из крестьян{410}.

Что касается тенденций в изменении образовательного уровня личного состава русской армии в дореволюционный период, то они во многом аналогичны динамике социального состава и в значительной степени с ней коррелируют.

Хотя в 1900 г. грамотных призывников насчитывалось около 50% (по сравнению с 1867 г., когда их было всего 9%), это был невысокий уровень, что отрицательно сказывалось на военной подготовке и обучении войск{411}. Поэтому на армии в начале века в ходе первичной подготовки рядового состава, наряду с собственно военным обучением, лежало тяжелое бремя обучения грамоте взрослых и неразвитых людей. Однако это относилось только к пехоте, в которой с 1902 г. было введено обязательное обучение грамоте, тогда как ни в кавалерии, ни в артиллерии грамоте солдат не обучали, "в виду того, что занятия грамотностью с молодыми солдатами этого рода оружия совершенно невыполнимы по недостатку для сего времени", как было отмечено специальной Комиссией по вопросу об образовании войск при Главном штабе в начале XX в.{412} Следует отметить, что на протяжении последних десятилетий XIX в., при общем повышении удельного веса грамотных в составе пополнения, тенденция в обучении грамоте в войсках была противоположной. И если в 1860-70-е гг. обучение солдат чтению и письму было налажено широко, то с 1881 г. оно значительно сокращается, а в середине 1880-х обучение грамоте нижних чинов, кроме поступавших в учебные команды, сделали необязательным. В начале 1890-х гг. официальная позиция властей сводилась к следующему:

"На войска не может быть возложена обязанность служить проводниками грамотности в народную массу, средств и времени очень мало"{413}.

В результате учить солдат грамоте прекратили почти во всех округах, за исключением Киевского, командующий которого генерал М. И. Драгомиров единственный ставил вопрос о невозможности обучать военному делу неграмотных людей{414}.

Что касается унтер-офицерских кадров, то они обучались и грамоте, и военному делу в полковых учебных командах непосредственно при частях. Срок обучения составлял 2 года для пехоты и кавалерии и 1-3 года для артиллерии и инженерных войск (в специальных школах){415}.

Ситуация с качеством не только рядового, но и командного состава во многом усугублялась тем, что еще Устав о воинской повинности 1874 г. фактически освободил от военной службы образованных и даже полуобразованных людей, возложив всю ее тяжесть на неграмотную часть общества. В начале XX века, в том числе и в период русско-японской войны, интеллигенция не отбывала воинской повинности, а ее отношение к офицерам и армии вообще было отрицательным и пренебрежительным.
Военная служба считалась в ее кругах занятием недостойным, уделом неудачников и "тупиц". Не способствовало престижу армии и то, что "излишне шумных студентов" сдавали в солдаты, превратив военную службу в вид наказания, а саму армию - в место ссылки. Ситуация стала меняться в конце 1900-х гг., когда учащаяся молодежь потянулась в военные училища, а с началом мировой войны в армии на младших офицерских должностях оказались многие студенты{416}.

Подготовка кадровых офицеров низшего и среднего звена производилась через юнкерские и военные училища. В юнкерские училища принимали с 16 лет молодых людей всех сословий, окончивших 4 класса гимназии или реального училища. В военные училища поступали в основном дети дворян после окончания военных гимназий и кадетских корпусов. В большинстве училищ готовили офицеров для пехоты и кавалерии, обучение там продолжалось 2 года, а в Михайловском и Константиновском артиллерийских училищах - 3 года. Офицеров среднего звена готовили также из вольноопределяющихся первого разряда и сверхсрочнослужащих унтер-офицеров, которым присваивалось звание зауряд-прапорщиков{417}.

Подготовка высшего офицерского состава велась в четырех военных академиях. Однако офицеры, обучавшиеся в высших учебных заведениях в 1903-1904 гг., составляли менее 2% от общего числа офицеров и генералов, состоявших на действительной службе. На май 1902 г. в армии числилось 2668 полковников, из них 29% имели высшее образование. Генералов (командиров корпусов и начальников дивизий) с высшим образованием числилось 57,1%. При этом значительное число штаб-офицеров и генералов не имели не только высшего образования, но и командного опыта, отличались отсутствием инициативы, что сказывалось на боевой подготовке войск{418}. Несомненно, это негативно отразилось и на ходе русско-японской войны, в результате которой, однако, основная часть кадрового офицерского состава приобрела практический боевой опыт, с которым спустя десятилетие и вступила в Первую мировую войну.

К началу Первой мировой войны уровень грамотности рядовой солдатской массы по сравнению с рубежом веков, по сути, не изменился. По данным "Военно-статистического ежегодника армии за 1912 г.", грамотность солдат составляла 47,41 %{419}. В период самой войны образовательный уровень русской армии в целом существенно изменили массовые мобилизации, причем процессы были очень противоречивы, а результаты существенно различались для рядовой массы и офицерских кадров и имели специфику на разных этапах войны. Массовый призыв в начале войны привел к пополнению армии огромным контингентом темного и малограмотного крестьянства. В то же время, офицерские кадры пополнились в основном разночинной, но относительно образованной частью общества, особенно из числа вольноопределяющихся. В ходе войны именно эта образованная часть армии оказалась в наибольшей степени выбитой. Такой обескровленной, потерявшей свои лучшие социально-элитные и образованные кадры, - русская армия подошла к революции.

В ходе дальнейших революционных катаклизмов и Гражданской войны, русский офицерский корпус продолжал нести огромные невосполнимые потери, а последовавшие в годы Советской власти многочисленные репрессии, причем не только против бывшего белого офицерства, но и военспецов Красной Армии, фактически довершили его окончательное уничтожение к середине 1930-х гг. Репрессии 1937-1940 гг. фактически обрушились уже на новые офицерские кадры, сформированные даже не столько в годы Гражданской войны, сколько в последующий период.

За два первых послереволюционных десятилетия социальная политика советского государства привела к фактической унификации социального состава Красной Армии, которая действительно превратилась в рабоче-крестьянскую. Не только отмена сословных перегородок, не только классовая установка на выдвижение низов общества, прежде всего "пролетариата" и бедного крестьянства, но и многочисленные волны классовых чисток и репрессий в армии, постепенно ликвидировали остатки старых кадров, участвовавших еще в Первой мировой и Гражданской войнах. Что касается образовательного уровня как новобранцев, так и собственно рядового состава, он зависел от общей линии "культурной революции" на ликвидацию неграмотности, а затем и повышение уровня образования, необходимого для решения задач индустриализации. Несомненно, рост технической оснащенности вооруженных сил предъявлял и более высокие требования к общему и специальному образовательному уровню военнослужащих, причем не только командного состава.



К концу 1930-х гг. в СССР удалось добиться значительных успехов как в обеспечении грамотности населения, так и в повышении уровня его образования. По данным переписи населения 1939 г., из лиц в возрасте от 9 лет и старше грамотные среди горожан составляли 89,5% (мужчины - 95,7%), а среди жителей села - 76,7% (мужчины - 88,1%){420}. Причем неграмотными оставались преимущественно лица старших возрастов и жители национальных окраин. Так, по всем категориям населения РСФСР уровень грамотности был существенно выше общесоюзного. Значительно повысился и уровень образования. По данным той же переписи, на 1000 человек мужского населения лиц со средним образованием приходилось 89, а с высшим - 9, причем для городского населения эти показатели были в 2-2,5 раза выше. Три четверти имевших среднее образование на этот год составляли лица до 30 лет, то есть основной призывной контингент{421}. Уже в 1938/1939 г. в СССР почти все дети (97,3%), окончившие начальные классы, перешли учиться в среднюю школу{422}. Не удивительно, что среди призывников 1939-1940 гг. треть составляли лица, имеющие высшее и среднее образование, а проблема собственно грамотности накануне Второй мировой войны перед Красной Армией уже не стояла{423}.

Однако, что касается специального военного образования офицерских кадров, то в результате репрессий конца 1930-х гг. армия, по сути, лишилась всей своей образованной части. В итоге к началу Великой Отечественной войны лишь 7% командиров имели высшее военное образование, а более трети не получили даже законченного среднего военно-специального{424}.

Как и в Первую мировую войну, гибель кадровой армии, с одной стороны, и массовый прилив в нее гражданского населения, с другой, вызвали противоречивые последствия в области образовательного уровня вооруженных сил. Наряду с приходом в армию массовых пополнений старших, относительно малограмотных возрастов, в нее влились также студенты и старшеклассники, молодые специалисты в разных областях, а в состав ополчения вошла даже профессура. И нередки были случаи, когда высокообразованные люди служили рядовыми под началом не только неопытных, но и малограмотных командиров.

За послевоенные десятилетия советское общество радикально изменилось по своим социальным и культурным параметрам. Большинство населения стало городским, а наличие среднего и даже высшего образования для молодых людей было уже не исключением, а правилом. К началу Афганской войны уже давно существовало всеобщее среднее образование. Так, по данным переписи населения 1979 г., почти 64% лиц в возрасте 10 лет и старше имели высшее и среднее (полное и неполное) образование, причем среди мужчин они превышали 68%, а среди горожан - 76%{425}. Как правило, в этот период армию пополняли призывники - выпускники 10-го класса, в середине 1980-х гг., по действовавшим тогда правилам, призванными оказывались и многие студенты дневных отделений высших учебных заведений. Что касается офицерских кадров, то в большинстве своем они имели не только среднее специальное военное образование, но и высшее.

Таким образом, на протяжении XX века существенно и даже радикально изменились не только социальный состав русской армии, но и ее культурный и общеобразовательный уровень. Особенно этот вывод относится именно к рядовому составу, который прошел эволюцию от преимущественно крестьянской малограмотной армии (в русско-японскую и Первую мировую войны) до советской армии 1980-х гг., состоявшей преимущественно из горожан со средним образовательным уровнем. Такая эволюция важных социальных характеристик личного состава, естественно, не могла не влиять на его психологические характеристики: иным были кругозор, мировоззрение, жизненный опыт, ценностные установки.
<< Предыдушая Следующая >>
= Перейти к содержанию учебника =

Социальное происхождение и образовательный уровень

  1. Гармонизация социальной среды образовательного учреждения. Социальная защита и самозащита учащихся
    * Раздел написан М.А. Ковальчук. Профессиональная деятельность педагога-психолога предполагает обеспечение гармонизации социальной среды образовательного учреждения, социальную защиту учащихся и подготовку их к самозащите. Гармонизация социальной среды образовательного учреждения связана с созданием воспитывающей среды данного учреждения и поля самореализации воспитанников, направлена
  2. Состав образовательной программы
    Образовательная программа должна включать: учебный план, программы учебных дисциплин. программы учебных и производственных практик, порядок выполнения дипломной работы (проекта), программу государственного экзамена, которые должны соответствовать требованиям настоящего стандарта. Образовательная программа подготовки выпускника должна предусматривать изучение студентом следующих циклов
  3. Уровень кислотности(pH)
    Одни продукты непосредственно содержат в своем составе кислоты и щелочи (растворимые соли), другие повышают кис­лотность или щелочность в организме в сочетании с соками и пищеварительными кислотами (кислые лимоны способствуют повышению щелочности). Как уже говорилось выше, рацион, богатый повышающими щелочность продуктами, играет клю­чевую роль в поддержании здоровья в долгосрочной перспек­тиве.
  4. Сенсорный уровень
    Сенсорный уровень развития психики связан с преобразованием первоначально недифференцированной чувствительности в дифференцированные ощущения. Как показал А.Н. Леонтьев, последние возникают при освоении животными организмами все более сложных и многообразных сред обитания. Среди других психических процессов ощущения выделяются своей парадоксальной специфичностью. Л.М. Веккер отмечает, что, с
  5. Перцептивный уровень
    Следующий уровень развития психики — перцептивный. Он связан со способностью животных воспринимать целостные объекты и ситуации. Исследования «перцептогенеза» показали, что он представляет собой стадиальный процесс, включающий ряд промежуточных этапов между ощущением и восприятием целостного объекта (Л.М. Веккер, Б.Ф. Ломов). Можно полагать, что аналогичные переходные фазы характеризовали и
  6. Уровень молочной кислоты
    Если скорость метаболических процессов значительно повышена, «нормальный» уровень потребления кислорода может не быть достаточным. Таким образом, оценка основных компонентов системы транспорта кислорода (DO, и V02) позволяет определить снабжение им тканей, но не дает информацию о его адекватности. При абсолютном либо относительном дефиците кислорода включается анаэробный тип дыхания, конечным
  7. Уровень психики человека
    Уровень психики человека характеризуется наличием речемыслительного социогенного сознания. Развитие человеческого сознания обусловлено развитием системы знаний, а также выработкой морально-нравственных представлений и норм. Человеческое знание, в том числе знание морально-нравственных ценностей, также обусловлено процессами интуиции, но более высокого, чем на предыдущем этапе развития психики,
  8. Уровень (состояние) сознания.
    Нормальный ребенок имеет осмысленный и живой вид, способен отвечать на внешние стимулы, в том числе (если он постарше) и отвечать на вопросы, участвует в приглашении к контакту (контактен). На рисунке видно, что ребенок адекватно реагирует на врачебный осмотр и спокоен в присутствии матери. Нарушенное сознание (сонливость, спутанность или кома) - это важнейшие признаки прогрессирующей
  9. Уровень недифференцированной чувствительности
    Самый низший, зародышевый уровень развития психического, отвечающий, согласно А.Н. Леонтьеву, недифференцированной чувствительности, следует непосредственно за допсихической формой жизни и допсихической формой отражения. Соответственно этому фаза фоновой активности (всегда отвечающая, как было показано в § 3 главы 1, предыдущему уровню развития) осуществляется здесь на допсихическом уровне и
  10. Постконвенциальный уровень (после 13 лет)
    Истинная нравственность человека характеризуется именно этим уровнем. Достигнув его, человек судит о поведении, исходя из своих собственных критериев, что естественно предполагает и высокий уровень интеллектуальной деятельности. 5-я стадия: «общественные нормы, принципы и ценности». Ответы: 1) «Если Хайнц не сделает все возможное для спасения жены, он рискует потерять уважение других. Он
  11. Характеристика образовательных сред в контексте акмеопарадигмы
    Для подтверждения гипотезы, что ценностно-смысловые характеристики психологической системы определяют выбор жизненных сред, содержащих разные возможности для личностно-профессионального становления на пути к наивысшим достижениям, необходим анализ конкретных образовательных подходов, в которых это становление происходит. В рамках данного исследования представлены: среда элитного
  12. Уровень психики высокоразвитых животных
    Уровень психики высокоразвитых животных связан с начальным уровнем развития интуитивных процессов. Интуиция обычно трактуется как «знание, возникающее без осознания путей и условий его получения», или как соответствующий процесс — как «одна из форм неосознанного отражения», «неосознаваемая деятельность мышления по переработке и обобщению ранее и актуально приобретенной информации». Характерными
  13. Управление профессиональным образовательным учреждением
    Богомолова Ю.И., Соловьева А. А. ФГОУ ВПО «Уральская государственная академия ветеринарной медицины», г. Троицк Глубокие социально-экономические преобразования в России, переход к рыночной экономике ставят перед российским образованием важнейшую педагогическую проблему совершенствования системы управления образованием. Многие ошибки, наблюдаемые в образовании в последние годы, являются не
  14. Уровень владения методом интеллект-карт
    Какими бы знаниями об интеллект-картах вы ни обладали, приступая к чтению «Супермышления», ваш начальный под­ход должен состоять в том, чтобы, просматривая книгу, обра­тить внимание прежде всего на ее структуру, отметить части, представляющие для вас особый интерес, после чего вам пред­лагается сформулировать основные цели, которые вы будете преследовать, приступая к подробному изучению книги.
  15. Конвенциальный уровень(10-13 лет)
    Человек, находящийся на этом уровне нравственного развития, ориентируется на общепринятые, традиционные принципы и нормы поведения, которые предусматривают все или большинство других людей. 3-я стадия: «одобрение другими людьми». Ответы: 1) «Ничего плохого в том, что Хяйнц приинц хотел спасти жену, нет. Зато он показал всем, какой он хороший муж. Все знают, что любовь бесценна. Ее ничем
  16. Исходный уровень знаний
    Для подготовки к данной теме студент должен ЗНАТЬ: ¦ Характеристику доношенного, недоношенного ребенка; ¦ Физиологические состояния новорожденных; ¦ Характеристику групп здоровья новорожденных; ¦ Группы риска новорожденных; ¦ Факторы риска для постановки групп риска новорожденных; ¦ Патологические состояния во время беременности, приводящие к гипоксии новорожденного; ¦ Критерии здоровья
Медицинский портал "MedguideBook" © 2014-2019
info@medicine-guidebook.com